Март
Цейлонские рыбаки, 1863 г.
Значительная часть Инду принадлежит к секте Шиваитов, считающих грехом употребление всякой животной пищи, потому что <...> дух умерших должен переходить в животных. <...> Можно представить себе, какое огромное количество рыбы истребляют здесь, ибо она составляет единственную животную пищу, допускаемую верой.
Посвящение в рыцари у бечуан, 1896 г.
Палка свистит в воздухе, ударяя по узкой сандалии, а гибким концом по спине юноши; кровь брызжет струею. Все кандидаты, участвующие в обряде, срывают чувство боли и дико хохочут.
Узоры на память, 1972 г.
Басутскую хижину нельзя не заметить: стены ее изукрашены орнаментом и расписаны яркими красками. Этнограф Перси Д. Липтон, который занимался изучением народа басуто в Южной Африке, ходил из хижины в хижину.
Стена, заменявшая семье архив, – вот настоящая загадка! Каждая деталь орнамента имеет свое значение: вот из этого ясно, что родился сын, а это, понятное дело, – дочь, тут зарегистрирована покупка скота. Разобраться в рисунке могут только члены семьи, а, скажем, соседу это уже не под силу; зато у него есть свои знаки.
<...> Было это в начале столетия. С тех пор басуто создали свою – на основе латинской – письменность… Все записи теперь делают по-английски и на сисуто, необходимость писать на стенах хижин все, что случается в семье и в деревне, отпала. Однако сама традиция украшать стены домов орнаментом сохранилась. Но значение его забылось.
Странный предрассудок, 1862 г.
Дикие индейцы в Буэнос-Айрес часто меняют свои имена. Они делают это для того, чтобы избежать смерти, которая, по их мнению, ведет список всех семейств и отдельных их членов. Как скоро кто-то в индейской семье умер, все ее члены тот час же меняют свои имена, чтобы обмануть смерть. Простодушные дикари полагают, что если в следующий раз смерть посетит их семью, то она не так легко отыщет человека, которому назначено умереть.